Эксперты настаивают: глубокий океан нуждается в стратегическом управлении, никогда не существовавшем ранее

Технологические достижения сделали возможной разработку глубоководных минералов и месторождений драгоценных металлов, и сокращающаяся добыча наземных материалов создает убедительные экономические стимулы для глубокой морской индустриализации. Но какой ценой?

«Мы действительно находимся в темноте, когда дело доходит до экологии морских глубин», говорит Линвуд Пендлтон, директор Программы океана и прибрежной политики в институте св. Николая по решениям экологической политики при Университете Дьюка. «Мы много знаем о каких-то местах, но никто не имеет дела с глубоким морем в целом, и это отсутствие общих знаний является проблемой для принятия решений и разработки политики».

Пендлтон являлся одним из ораторов на симпозиуме «Индустриализация глубокого океана: новый попечительский рубеж», состоявшемся 16 февраля на ежегодном собрании Американской ассоциации содействия развитию науки (AAAS) в Чикаго, пишет sciencedaily.com.

Синди Ли Ван Довер, директор морской лаборатории Университета Дьюка, и Лиза Левин из Института океанографии Скриппса при Университете Калифорнии в Сан-Диего присоединились к Пендлтону и другим экспертам в призыве к стратегическому подходу к управлению глубокой разработкой моря.

«Крайне важно работать с отраслевыми и правительственными руководителями, чтобы установить прогрессивные экологические нормы до того, как промышленность окончательно обоснуется в море, а не постфактум», говорит Ван Довер. «Мы хотим, чтобы через сто лет люди сказали: они сделали все правильно, на научной основе, они не спали за рулем».

Знание того, какие правила нужно ввести в действие, осложняется тем, что глубокое море пересекает политические, географические и дисциплинарные границы, и в глубоководных системах есть еще много неизвестного.

«Нам нужны международные соглашения и организация, которая сможет разрабатывать и контролировать стратегическое глубоководное управление», говорит Левин. «Также необходимы многочисленные источники финансирования научных исследований, которые смогут помочь обеспечивать научную информацию, которая нам нужна, чтобы управлять глубоким морем. Все это потребует усилий по объединению нескольких дисциплин и вовлечению всех заинтересованных сторон в эти обсуждения».

Привлечение заинтересованных сторон и общества к задаче, которая находится в милях от земли и морских саженях под водой, может быть непростой задачей, особенно в условиях экономических аргументов в пользу добычи в глубоком море материалов, используемых в продуктах, которые имеют значение для общества – таких, как сотовые телефоны и другая электроника.

«Глубокое море находится «с глаз долой - из сердца вон», и поскольку не существует конкретного человеческого общества, на которое бы непосредственно влияли негативные последствия добычи, существует целый уровень обеспокоенности, которая не выражается, когда речь идет о глубоководной индустриализации», говорит Ван Довер. Но это не значит, что последствия не существуют, от изменений в морских пищевых сетях до сдвигов в океаническом и атмосферном химическом составе.

«Добыча из морских глубин – это компромисс. Является ли ценность того, что мы извлекаем, большей, чем вред?», спрашивает Пендлтон. «Существуют ли способы добычи, возможно, более экономически дорогостоящие, но имеющие меньшие экологические последствия? Как мы можем исправить значительный ущерб, который уже был причинен морскому дну из-за траления, загрязнения и других практик? Это вопросы, на которые мы должны ответить до того, как производственная деятельность опередит научное понимание», добавляет он.

«Просто мы столь многого не знаем о глубоком море, и нужны фундаментальные исследования прежде формирования политики - но также срочно необходима продуманная политика до этого, как закроется окно возможностей», говорит Ван Довер. «Речь идет об экологическом управлении в месте, где мы раньше никогда его не понимали, и нужно начать разговор о том, как мы собираемся это сделать».

Афоризмы

Круговорот работы в природе: Сначала мы сотворили вокруг нас пустыню, а теперь учимся её орошать.